Главная / Архив номеров / № 1-2 (32) 2014 /Статья Стоит ли ждать введения в России института частных судебных приставов?

Стоит ли ждать введения в России института частных судебных приставов?

6 февраля 2014 г. в Институте юстиции УрГЮА прошел круглый стол на тему «Перспективы введения института частных судебных приставов в России». Организаторами круглого стола выступили Уральская государственная юридическая академия, Центр правовых практик и Ассоциация корпоративного коллекторства. Актуальность круглого стола связана с повышением интереса общественности к институту частных судебных приставов в последние два месяца. Как пишут «Известия», законопроект о частных судебных приставах планируется внести в Государственную Думу в весеннюю сессию. Законопроект готовится рабочей группой под руководством бывшего заместителя Министра юстиции Владимира Зубрина. Однако необходимость введения такого института обсуждалась и раньше, в частности, большой вклад в научную разработку этого вопроса внесла кафедра гражданского процесса УрГЮА, где соответствующей работой занимаются с 90-х годов прошлого века.

В ходе круглого стола участники обсудили плюсы и минусы небюджетной (частной) системы принудительного исполнения, опыт зарубежных стран, применяющих небюджетную (частную) систему принудительного исполнения, а также возможные преграды введения института частных судебных приставов в России.
Так, заведующий кафедрой гражданского процесса УрГЮА, член НКС при ФССП РФ и член научного совета Международного союза судебных исполнителей, руководитель рабочей группы при Верховном Суде Казахстана по подготовке проекта закона о частных судебных приставах (2007-2008 годы), доктор юридических наук, профессор В.В. Ярков отметил следующие преимущества небюджетной (частной) системы принудительного исполнения:
1. Мотивация судебного исполнителя на эффективную работу, поскольку его вознаграждение при этой системе увязано с результатами исполнения. 
2. Имущественная ответственность судебного исполнителя за свои собственные ошибки, поскольку за ошибки должностных лиц государства платит последнее.
3. Государство перестает финансировать систему органов принудительного исполнения, потому как она работает в режиме самофинансирования за счет средств взыскателя и должника.
4. Частный судебный пристав самостоятельно организует работу своей конторы, нанимает сотрудников, приобретает необходимое оборудование и технические средства. Самостоятельная организация конторы заставляет частных судебных приставов идти в «ногу с веком», тратя средства на информатизацию и более лучшую организацию своей деятельности, повышение квалификации, создание своих научно-исследовательских центров и т.д.
5. Органы юстиции осуществляют контроль за профессиональной деятельностью как непосредственно, так и через органы управления, которые создают сами частные исполнители - палаты национального и регионального уровня.
6. Государство получает доход от деятельности небюджетных исполнителей через уплачиваемые ими налоги.
Однако, в небюджетной (частной) системе принудительного исполнения есть и некоторые недостатки, среди которых В.В. Ярков отметил следующие:
1. Возникнет вопрос о реализации мер принуждения частными судебными приставами, поскольку принуждение - функция, традиционно присущая и реализуемая должностными лицами государства.
2. Необходимость решения вопроса о взысканиях в доход государства, поскольку публично-правовые взыскания, как правило, осуществляются через государственную систему принудительного исполнения.
3. Необходимость стимулирования частных судебных приставов на работу с взысканиями на небольшие суммы, поскольку возникает конфликт интересов между стремлением к большему доходу и низкой доходностью многих социально значимых взысканий, например алиментов. 4. Более сложное взаимодействие небюджетного судебного исполнителя с другими юридическими органами, необходимое для сбора информации об имуществе, денежных средствах, самом месте нахождения должника и т.д. 5. 6. Необходимость решения вопроса об «обслуживании» обширных малонаселенных регионов, где частный судебный пристав, скорее всего, не сможет работать в режиме самофинансирования.
7. В конечном счете,  введение системы частных судебных приставов может вызвать удорожание юридической инфраструктуры в сфере исполнительного производства для ее участников.
В.В.Ярков отметил, что существует достаточно  много мифов и  заблуждений  об эффективности небюджетной системы. Главное ее преимущество – создание мотивации судебного исполнителя. Но ни одна из систем не гарантирует и не способна обеспечить 100% процентное исполнение  всех исполнительных документов. Средний процент реального исполнения при сравнении российской и зарубежной систем примерно одинаков. 
Поэтому не менее важным условием эффективности любой системы исполнительного производства, как небюджетной, так и государственной и смешанной,  является наличие доступа к базам данных об активах должника, в том числе и в электронном виде, максимальное снижение наличного денежного оборота, исключение возможности создания юридических лиц без активов  только для проведения мошеннических операций в гражданском обороте  и многое другое. Все эти вопросы постоянно рассматриваются в деятельности Международного союза судебных исполнителей. 
В этом плане важно сознавать, исходя из международного опыта, что ничего «частного» в этой системе исполнения нет, поскольку судебный исполнитель несет публичную службу под контролем государства и соответствующих палат судебных исполнителей, процедуры его деятельности регламентированы законом и частным является только финансирование работы судебного исполнителя за счет сторон  исполнительного производства и самостоятельная организация им работы своей конторы, опять же в рамках утвержденных тарифов и требований к конторе. В этом плане небюджетный судебный исполнитель похож на нотариуса, поскольку и та, и другая профессии возникли во Франции и примерно одинаково регламентированы законом. 
Проект федерального закона о небюджетном  исполнении (О присяжных судебных исполнителях) для России был подготовлен на кафедре гражданского процесса в 2007 г. и был опубликован в Российском ежегоднике гражданского и арбитражного процесса в 2008 г.  Кафедра рекомендует его использовать с учетом того, что многие  положения данного законопроекта были апробированы и используются в Казахстане – государстве с достаточно схожим менталитетом населения и правовой системой. 
Другим и, пожалуй, одним из наиболее реальных вариантов повышения эффективности принудительного исполнения и стимулирования работы сотрудников ФССП В.В.Ярков предложил рассмотреть вопрос о восстановлении системы оплаты судебных приставов на основе доплаты  процента от взысканных сумм. Такая система существовала в СССР, когда судебному исполнителю дополнительно платили 5% от суммы взысканного с организаций.  
 
Д.Ю. Жданухин, президент Ассоциации корпоративного коллекторства, кандидат юридических наук отметил, что возможность появления института частных судебных приставов-исполнителей в России обсуждается уже достаточно давно. Подготовлено немало публикаций и даже законопроектов, но конкретного результата, к сожалению, эти усилия пока не имеют.
При этом для введения института частных судебных приставов имеются серьезные законодательные предпосылки, среди которых:
- сокращение участия государства в областях, где эффективна частная инициатива и саморегуляция;
- использование изменений нормативно-правовых актов для PR-воздействия на общество и отдельные категории субъектов;
- описание в виде закона некоторых новых явлений (например, медиации);
- повышение доступности информации (открытость ЕГРЮЛ, ЕГРП, баз судов и ФССП).
Другая группа предпосылок носит экономический характер:
- появление частных судебных приставов практически не требует расходов, даже с учетом лицензирования их деятельности, но может сократить расходы на содержание ФССП РФ, что особо актуально в современных экономических условиях;
- эффективное взыскание денежных средств позволит избежать финансовых проблем многим организациям, которые в настоящее время вынуждены просто жаловаться на бездействие государственных приставов, перегруженных работой.
К социальным же предпосылкам можно отнести:
- появление и развитие коллекторской деятельности в России,  и при этом развитие негативного отношения общества к ней (частные приставы встретят менее негативную реакцию и могут снять часть критики в адрес коллекторских агентств);
- навыки привлечения внимания к коррупционным и прочим негативным проявлениям в деятельности различных органов и организаций.
К препятствиям введения Д.Ю. Жданухин относит то, что в государственной целевой программе «Юстиция» развитие механизма исполнения судебных решений предполагается без введения института частных судебных приставов (хотя отдельные положения этой программы обсуждаются достаточно давно, например, в рамках проекта Долгосрочной программы повышения эффективности исполнения судебных решений (2011 - 2020 годы)). Вполне могут появиться препятствия политического свойства, т.к. оппозиционные партии могут критиковать передачу части государственных функций в частные руки. В настоящее время так критикуются многие инициативы, направленные на регулирование коллекторской деятельности. 
Однако в целом выступающий отметил, что в настоящее время в России сложились наиболее благоприятные условия для появления института частных судебных приставов-исполнителей.
 
Достаточно осторожно к возможности введения института частных судебных приставов в России отозвался Щебекин С. Ю., Руководитель Управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области – главный судебный пристав Свердловской области, государственный советник юстиции Российской Федерации 2 класса. Он подчеркнул, что позиция ФССП России не ставит под сомнение право на существование института коллекторских услуг. Однако коллекторская работа, прежде всего, должна получить чёткое законодательное определение, необходимо очень точно прописать, что можно и чего нельзя делать частным коллекторам. Сама работа коллекторских агентств ни в коем случае не должна носить принудительного характера: это уже сфера деятельности Федеральной службы судебных приставов. Коллекторы должны заниматься непринудительным исполнением решений. Необходимо исключить формы ограничения права сторон, в частности прав должника – физического лица, со стороны коллектора. Любые правоограничения должны быть чётко прописаны в законе и осуществляться только государственным органом. По своей сути коллекторская деятельность – это форма медиации, уход от конфликта. 
На критические замечания по поводу плохого исполнения решений судов судебными приставами С. Ю. Щебекин отметил, что на исполнение во многом влияет не посредственная организация работы судебных службы приставов исполнителей – здесь много других факторов, например такие, как множество фирм-однодневок, плохая проверка контрагентов, несостоятельность должников и т.д. А существующая позиция о том, что частные приставы, якобы, эффективнее государственных – чьё-то субъективное мнение. Если брать,  например, благополучную Европу, то, по этому поводу есть заключение Европейского союза, зафиксировавшего, что наиболее эффективное взыскание производится как раз в тех странах, где существует именно государственная служба взыскания долгов – Финляндия, Швеция, Израиль. А если сравнивать количество находящихся на исполнении исполнительных производств и оконченных, то в процентном отношении российская служба судебных приставов выглядит более чем достойно по отношению к своим зарубежным коллегам, а по некоторым показателям даже превосходит их. 
 
Е.Н. Кузнецов – один из разработчиков законопроекта об организации деятельности судебных исполнителей в Российской Федерации на внебюджетной основе (2007), кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского процесса УрГЮА , автор единственной в России диссертации по исполнительному производству Франции,   поделился опытом Франции, где уже давно действует небюджетная система исполнительного производства. Так, во Франции существует фигура судебного исполнителя, которые выступают как основные субъекты исполнительного производства Франции, наделенные властными полномочиями. Их правовой статус сочетает элементы как независимого практикующего лица, так и государственного служащего. При исполнении судебных решений на первый план выступают черты государственного служащего в статусе исполнителя. Современный судебный исполнитель Франции выступает как представитель негосударственной, либеральной профессии в самом полном значении слова. Он ведет дела подобно руководителю предприятия, что выражается, например, в найме на службу достаточно многочисленного и высококвалифицированного технического персонала, выполнении управленческих, организационных функций. С другой стороны, судебный исполнитель является должностным лицом, так как он официально наделен своей должностью и поэтому обладает монополией в своей деятельности. Его территориальная компетенция ограничена районом деятельности суда Большой инстанции той местности, где находится его офис. Судебные исполнители Франции объедены в палаты по территориальному признаку. При этом палаты обладают определенными полномочиями и могут применить к своим членам меры дисциплинарной ответственности при определенных нарушениях.
По поводу возможности внедрения опыта Франции в Российской Федерации докладчик отметил, что данная система, очевидно, могла бы стать более эффективной, поскольку такие судебные исполнители материально заинтересованы в быстром и правильном взыскании долга. Целесообразно в качестве эксперимента предоставить самостоятельный статус какой-либо части судебных исполнителей, выведя их из системы органов государственной власти и подчинив обязанности соблюдать условия допуска в профессию, включающие в себя наличие высшего юридического образования, прохождение государственного квалификационного экзамена, прохождение профессиональной практики либо наличие опыта работы государственным судебным приставом-исполнителем, получение соответствующей лицензии в компетентных государственных органах. Кроме того, должна подлежать обязательному предварительному страхованию профессиональная ответственность судебных исполнителей. За осуществляемые в ходе исполнительного производства действия судебные исполнители должны отвечать перед своими профессиональными объединениями - Палатами, которые, в свою очередь, будут покрывать ответственность судебных исполнителей перед третьими лицами.
В целом выступающие позитивно оценили возникающие инициативы по внедрению параллельной небюджетной системы исполнительного производства. Так, один из участников круглого стола А. В. Рассохин, доцент кафедра теории и практики управления УрГЮА, кандидат юридических наук вспомнил свой неудачный опыт общения с ФССП: «Недавно был в Чкаловском отделе г. Екатеринбурга Федеральной службы судебных приставов, и на дверях приставов-исполнителей прочитал «должники проходят вне очереди» - это «льгота» такая. А при этом добросовестные взыскатели должны стоять в очереди!». Он подчеркнул, что будущее за частноправовой моделью исполнения, как более эффективной и экономически выгодной, поскольку решает один из главных вопросов, мешающих улучшению деятельности судебного пристава-исполнителя, - его материальную заинтересованность в результатах работы. Кроме того, она выгодна для общества и государства.
 
Организаторы круглого стола планируют и в дальнейшем поднимать вопросы оптимизации исполнительного производства, потому как эта сфера является одной из самых уязвимых во всей сложившейся системе правосудия. Будем надеяться, что инициатива по внедрению системы небюджетного исполнения как одного из способов реанимации исполнительного производства будет отмечена общественностью и представителями государственной власти.
Обзор подготовила Вербицкая Ю.О.
 

Автор: Вербицкая Ю.О.

Опубликовано: Правовая газета «Статус» № 1-2 (32) 2014 С. 5-7

 

Копирование любых материалов с сайта допускается только при указании на источник с активной ссылкой на сайт http://gazeta-status.ru/

____________________________________________
© 2011-2017. Правовая газета "Статус" Политика конфиденциальности

Яндекс.Метрика